Русская Северная Венеция, но не Питер – даже лучше, чем настоящая Венеция: честный отзыв туриста

Венеция есть у каждого. Итальянцы гордятся своей — на воде, с гондолами и миллионными счетами за рестораны в туристических кварталах. У нас тоже есть Северная Венеция, и это вовсе не Санкт-Петербург с его имперскими мостами и четырехмиллионным населением. Наша Венеция скромнее, тише и находится там, куда Яндекс-панорамы до сих пор не доехали. Это Пошехонье. Пять тысяч жителей, стрелка двух рек и ощущение, что время здесь не ускоряется, а замедляется.

Я ехал туда без особых ожиданий. Ну Пошехонье, ну сыр, который больше не делают, ну глушь Ярославской области. Думал, поброжу час, сделаю пару кадров на память и поеду дальше. В итоге провел там полдня и уезжал с чувством, что подсмотрел что-то личное, не предназначенное для массового туриста. Потому что массового туриста тут просто нет. Вообще.

Вода и тишина

Венецией город называют не ради красного словца. Пошехонье стоит на стрелке Соги и Пертомки, плюс через него протекает Согожа, Шельша и Троицкий ручей. Сплошная гидрография. Выходишь на мост через Пертомку — и не можешь оторваться. Вода темная, спокойная, берега заросли ивой, где-то кудахчут куры, пахнет сырой землей и прелыми листьями. Никаких масок, карнавалов и очередей в туалет за пять евро. Только ты, река и скрип деревянных перил.

В итальянской Венеции от воды воняет в жару, здесь — чистый настой трав. Там ты задыхаешься от толпы, здесь — от свежего воздуха. Там за право постоять на мосту нужно биться с японскими туристами, здесь мост вообще ничей, хоть танцы танцуй.

Архитектура без пыли и пафоса

Центр Пошехонья — площадь Свободы. Стоят Торговые ряды, Троицкий собор, аккуратные купеческие дома. Все в рабочем состоянии. Это не музей под открытым небом, где табличка «не трогать» висит на каждом камне. Здесь живут. В доме купца Свешникова — организации, в бывшем особняке на Преображенского — кто-то работает, кто-то торгует. Даже здания, которые признаны аварийными, не выглядят мертвыми. Их хотя бы законсервировали, а не бросили гнить под дождем.

Я специально сравнивал с Тутаевым. Тот тоже стоит на Волге, тоже с историей, но разница колоссальная. Тутаев как будто застрял в перестроечном параличе. Пошехонье — нет. Здесь нет иллюзий большого туристического будущего, но есть чувство собственного достоинства. Люди не ждут, что их спасут теплоходы с экскурсантами. Они просто красят ставни, подметают тротуары и ходят на работу пешком.

Дороги и велосипеды

Да, дороги в Пошехонье — это отдельная тема. По Рыбинской или Пролетарской лучше ехать медленно и аккуратно. Но у этой медали есть оборотная сторона. Раз машины не разгоняются, город остается тихим и безопасным. Плюс тротуары здесь действительно хорошие. Пешеходов ценят, автомобилистов — условно. Я видел много велосипедов. Может, это осознанный выбор, а может, просто стыковка реалий. Но выглядит органично.

В итальянской Венеции велосипед — экзотика. Там либо гондола, либо ноги. Здесь можно сесть на велик и за пять минут доехать от Троицкого ручья до набережной Соги. И ни один гондольер не обругает тебя за весло.

Люди и атмосфера

Самое сильное впечатление от Пошехонья — не архитектура и не реки. Люди. У нас почему-то принято думать, что в глубинке живут унылые, уставшие от жизни старики. Я увидел другое. Увидел, как бабушка подметает крыльцо и улыбается прохожим. Как мужики неспешно чинят забор, попутно обсуждая что-то житейское. Как девушка идет через площадь, и в ее походке нет никакой провинциальной забитости.

Я не делаю вид, что в Пошехонье все идеально. Проблем хватает. Знаменитый сырзавод, который гремел на весь Союз, давно мертв. Работы мало, молодежь уезжает. Но город не выглядит сдавшимся. Он просто живет в своем ритме, не пытаясь никому ничего доказывать.

Что в итоге

Настоящая Венеция — это аттракцион. Дорогой, переполненный, с запахом канализации в высокий сезон. Пошехонье — это дом. Не для всех, не на показ. Его не найдешь в туристических буклетах, и гид не привезет сюда группу. Но если ты сам сюда доберешься, уедешь с тяжелым сердцем. Потому что такие места заставляют задуматься: а правильно ли мы живем? Не слишком ли быстро, громко и расточительно?

В следующий раз, когда услышите «Северная Венеция», не спешите думать о Питере. У Питера своя стать, своя красота и свои масштабы. А маленькое Пошехонье, затерянное между Рыбинском и Череповцом, хранит тишину, которую не купить ни за какие деньги. И вода там пахнет не йодом и тухлыми мидиями, а домом.

По материалам Дзен-канала «Самый главный путешественник»